LIFE. Сергей Крылов в прямом эфире программы «Домой» на Life рассказывает, как работают коллекторские агентства

А. МИТНОВИЦКАЯ: Сергей Крылов у нас в студии.

И. ИЗМАЙЛОВ: Здравствуйте, Сергей!

А.М.: Генеральный директор Лиги защиты должников по кредитам. Здравствуйте, Сергей!

С. КРЫЛОВ: Да, добрый вечер!

И.И.: С одной стороны, люди жалуются на коллекторов и говорят, что с этим надо заканчивать. С другой стороны, предлагается, это есть некое упорядочение, как вам кажется? То есть позволит это привести хотя бы в условно законное русло их поведение, чтобы не бить, не убивать, не забрасывать бутылками с зажигательной смесью и так далее?

С.К.: Да, конечно, это приведёт, но это на самом деле больше, наверное, даёт возможность обозначить игроков, чтобы было понятно, кто есть кто на этом рынке, и понимать ответственность каждого лица.

И.И.: А сейчас есть какая-то информация, сколько вообще коллекторских агентств?

С.К.: На самом деле коллекторских агентств около тысячи.

И.И.: Зарегистрированных?

С.К.: Да. До тысячи их зарегистрировано, но это те, которые официально, потому что многие коллекторские агентства маскируются под обычные юридические фирмы, и поэтому достаточно сложно порой понять, это профессиональные коллекторы, которые обладают определёнными навыками, или это просто какая-то организация, которая обладает такими пацанскими методами.

И.И.: Хорошо. А что сегодня из себя представляет коллектор: это юридическое лицо, ЗАО, например, какой-нибудь «Коллектор», и у него что должно быть написано? Какую деятельность он осуществляет? Как это в правовом поле?

С.К.: Если в рамках нового закона мы говорим…

А.М.: Пока в нынешнем.

«Такой деятельности нет, потому что нет такого понятия, поэтому это просто как юридическая деятельность, посредническая, то есть любая»
— Сергей Крылов

И.И.: Оказание услуг каких-нибудь, да?

С.К.: Да. Любое оказание услуг, которые не противоречат закону.

А.М.: Так. А в новом варианте, который президентским указом утверждён?

С.К.: В новом варианте как раз появляется такой вид деятельности, как осуществление действий, направленных на взыскание просроченной задолженности. То есть очень чётко, это единственный вид деятельности, которым они могут заниматься. Соответственно, будет реестр, где они будут стоять, и там очень жёсткие требования, в том числе и финансовые.

А.М.: А какие там требования?

С.К.: Там, во-первых, требования по организационной структуре, то есть по составу руководства, по сотрудникам.

И.И.: Количеству вышибал.

С.К.: Имуществу – там очень большой уставной капитал требуется зарезервировать, говорится о том, что компания обладает всеми необходимыми оборудованием, навыками, возможностями, чтобы профессионально оказывать услуги.

А.М.: А зачем большой капитал? Некая гарантия серьёзности фирмы?

С.К.: Это даже не гарантия серьёзности, это для покрытия убытков, скажем так. То есть если ваша организация нанесла кому-то какой-то убыток, то из чего она будет покрывать?

А.М.: Ах, ну да.

С.К.: Да, вот этот уставной капитал и покрывает.

А.М.: Если сотрудники вашей организации спалили чей-то дом, то…

С.К.: Можно сказать и так. Если общество несёт ответственность, то оно несёт в размере уставного капитала.

А.М.: И вы сказали около тысячи таких сейчас — это я прослушала, пока настраивала вам микрофон, — в Москве или где?

С.К.: Нет. Конечно, не в Москве.

А.М.: В России в целом?

С.К.: Да, конечно, в целом.

И.И.: Тысяча! И все живут, да?

А.М.: Около тысячи.

С.К.: Поймите правильно, что коллекторы, как правило, больше всего используют телефоны и переговоры, а само оборудование и программный комплекс, он очень дорогой. То есть он безумно, это за миллионы.

И.И.: Который обзванивает?

С.К.: Конечно.

И.И.: А это же эффективно — зачем этот обзвон?

А.М.: Что есть такое программный комплекс?

С.К.: Это очень эффективно.

А.М.: Что?

И.И.: А почему эффективно? Сейчас взял симку, вписал в кредит и выкинул её сразу – пусть звонят.

С.К.: Надо очень сильно различать города федерального значения и какие-то посёлки, уезды, мелкие города — там всё совершенно по-другому, там народ совершенно по-другому реагирует на такие вещи. И вы понимаете, когда вы в городе находитесь, в большом мегаполисе, то вы понимаете, что вас найти достаточно сложно — здесь перемещение не отслеживается. А когда город в несколько тысяч человек, простите, каждый друг друга знает.

И.И.: Там всех в страхе держат?

С.К.: Да.

«Поймите, что коллекторские агентства, когда начался кризис, начали переезжать в регионы»
— Сергей Крылов

Это в Свердловскую область, туда ближе, потому что там дешевле, там труд ничего не стоит, и даже если обратить внимание, то раньше был чистый русский язык, а сейчас какой-то говор появляется – откуда? Потому что далеко всё становится, всё дёшево становится, качество падает, и расходы, соответственно.

И.И.: Качество вышибания.

С.К.: Да.

И.И.: Хорошо. Сейчас они будут все каким-то образом отмечены у судебных приставов — что это даёт?

А.М.: А все ли будут отмечены? Вы сказали, их тысячи в стране – все ли пройдут в этот список, в этот резерв?

С.К.: Те, кто пройдут, те и будут, собственно говоря, стоять в этом реестре. Другой вопрос, что не хватает подзаконных актов на сегодняшний день, поэтому насколько это вкладывается — тоже никому не понятно. Знаю, что сейчас — не буду скромничать, был у нас обед рабочий с представителями этой профессии — очень они расстроены на самом деле.

А.М.: Они понимают, что они не пройдут хотя бы даже требования по капиталу уставному?

С.К.: Нет. Капитал здесь не имеет значения. Они пройдут.

А.М.: А что? Чего они боятся?

С.К.: Непонятно совершенно, как действовать, как быть? Для должника минус в законе только один по большому счёту – это то, что он не касается Севастополя у нас и Крыма. То есть он не затрагивает две эти территории.

И.И.: Почему?

С.К.: Вот там, если закон открыть, последняя, заключительная часть, где речь идёт о вступлении закона, там, во-первых, есть определённые отсрочки, то есть не каждая часть вступает с 1-го числа, а только она поэтапно вступает, и есть ограничение по территориальным единицам.

А.М.: И это означает, что в Крыму и в Севастополе могут работать коллекторы, как сейчас во всей стране?

С.К.: Дело в том, что это же бывшая территория Украины, и поэтому там были украинские банки. Поэтому там совершенно другая ситуация сложилась. Поэтому там и взыскание ведётся по-другому. Там есть свои федеральные законы, которые будут регулировать именно там, как будет проходить. А в остальном всё в плюс должнику, потому что два основных момента: это право на отказ общения вообще в принципе и право на диалог через представителя. Это достаточно удобно.

И.И.: Право на отказ в общении — ты ему сказал: не звони больше?

С.К.: Не сказал, а написал. Во-первых, в чём сложность для коллекторов?

И.И.: Коллектора тоже найти надо.

С.К.: А его не надо теперь искать. Теперь этот закон требует, чтобы прежде чем вообще начнётся какой-либо диалог, банк должен известить вас о том, какое коллекторское агентство будет работать.

И.И.: Кому они продали.

С.К.: Да. Соответственно, у коллекторского агентства должны быть зарегистрированы телефонные ёмкости, вам их предоставляют, потому что только с этих телефонов вам могут звонить. Как вы говорите, сим-карточку – пожалуйста, забивайте сим-карточку сразу заранее. Скажите спасибо, что вам предоставили заранее номера, и забивайте их.

И.И.: А зачем люди, когда берут кредит, свой телефон указывают, вы мне можете объяснить?

С.К.: Это сегодня самый быстрый, эффективный способ связи.

И.И.: Но можно купить симку, вписать номер и симку выкинуть сразу.

С.К.: Можно.

И.И.: Так зачем свою настоящую-то указывать?

А.М.: Но люди чаще всего подразумевают, что они вернут деньги, всё в порядке, они честные граждане.

И.И.: Да если вернёшь даже, зачем?

С.К.: Если рассуждать так, значит, получается, что тот, кто берёт кредит, изначально…

А.М.: Уже планирует его не платить.

С.К.: Уже пути отступления: «Я куплю, брошу».

И.И.: Я не понимаю: зачем?

А.М.: Да ни за чем. Игорь, потому что скрываться от кого-то — это как раз какая-то мысль от преступника.

С.К.: Вы же знакомитесь с людьми, правда? Вы же тоже даёте свой телефон — а вдруг телефон не тот?

И.И.: Это не люди. Не надо говорить применительно к банкирам и коллекторам, сравнивать эту ситуацию со знакомством с людьми.

С.К.: Люди тоже разные бывают.

И.И.: Деньги дал — до свидания, всё.

С.К.: Интересная позиция.

И.И.: А какая должна быть позиция?

С.К.: А если наоборот развернёт жизнь?

И.И.: Как?

С.К.: Вы дали — и вам до свидания.

И.И.: Вы дали — вы не идёте и не сжигаете детей или что там происходит сейчас?

С.К.: Стоп. Деньги даёт банк. А хулиганят коллекторские агентства. И то не факт, что всегда коллекторские агентства.

А.М.: А разве не банк нанимает коллекторские агентства?

С.К.: Нанимает?

И.И.: Продаёт долги он коллекторам. А почему он это делает? Пусть цивилизованно ведут переговоры с банками.

С.К.: Здесь есть недопонимание. Во-первых, банк не продаёт ничего. Банк заключает договор поручения — как правило, три-четыре месяца максимум. Если коллекторское агентство не справляется, то на аукционе новое выбирается.

А.М.: Иными словами, банк нанимает коллекторов.

И.И.: А почему сам банк этим не занимается? Договор с банком заключён — пусть банк и занимается взысканием долгов.

А.М.: Договор поручения.

С.К.: Деятельность банка направлена на выдачу кредитов, на обслуживание каких-то карт, операций и так далее. Для того чтобы заниматься взысканиями, это надо создавать огромный…

И.И.: Пусть создают.

С.К.: Крупный банк может создать.

И.И.: Ну и пусть создаёт.

С.К.: Но не каждое предприятие способно выделить огромные средства, чтобы нанять специалистов, их обучать, содержать.

И.И.: Не способен — не давай. Чего вы нам про беды банков рассказываете, я не понимаю? Какие бедные несчастные банки, боже мой! Давайте сейчас пожалеем.

С.К.: Никто не говорит. А зачем это делать?

И.И.: Как зачем? Тогда вы мне объясните, зачем мне заполнять свой номер, симку давать – я не понимаю?

С.К.: Ладно, тогда я вам объясню. Хорошо, смотрите.

А.М.: Мы сейчас немножко застопорились на симке и на номере, хотя это не самое важное.

С.К.: Всё очень просто, смотрите. Если банк будет взыскивать сам, то он тратит собственные деньги.

И.И.: Ну, и хорошо.

С.К.: То есть те, которые зарабатывает.

«Коллектору выплачиваются деньги из штрафных процентов, которые, в принципе, в судебном порядке и так спишут, и никто их не получит»
— Сергей Крылов

Поэтому коллектору как бы говорят: ты наше верни, а вот всё, что по процентам наросло, — всё твоё, забирай, нет проблем.

И.И.: Это не очень цивилизованно как-то звучит. Похоже на бандитские методы: ты мне моё отдай, а сверху всё, что вышибешь со старухи, можешь себе забрать.

А.М.: В общем-то, это по-бандитски, да.

С.К.: Если в таком контексте, то да, похоже. А вы предлагаете им оставлять настоящие адреса, телефоны: приходи, чай попьём. Да, здравствуйте! Зачем это надо?

А.М.: Теперь мы друзья.

С.К.: Если должник берёт и правильно финансовое планирование ведёт, то у него не должно возникать ситуаций соответствующих.

И.И.: Я вас умоляю! Какое правильное финансовое планирование? Центробанк обвалил курс — и ваше финансовое планирование туда же ушло.

Вот нам пишет слушатель, говорит, что вы немножко не правы. Он работает сам в коллекторском агентстве: «Существует две схемы взаимодействия с банками. Первая: это продажа проблемной задолженности так называемая, заключение договора уступки прав требования, — то что я говорил, продажа задолженности. — И второе: это передача «на агентскую», когда банк платит вознаграждение с взысканной суммы задолженности. С новой сим-картой, — он говорит, — кредит не получишь, так вы не пройдёте по скорингу в банке». Но в магазинах, где дают быстрые все эти кредиты: пришёл — забрал телевизор — ушёл, грубо говоря, там чего?

С.К.: Этот человек абсолютно прав. Речь идёт о том, что есть определённое качество долгов, как и любых. То есть, пока на начальном этапе, пока ещё ты платишь или только прекратил платить — да, конечно, там идёт взыскание — никто тебе не продаст. Что у нас банки продают? Они продают уже плохие долги, которые практически невозможно взыскать. Поэтому я думаю, мы не об этом же сейчас говорим больше?

А.М.: Вот появится закон, и все они станут вроде бы легальными и под присмотром. Что-то мне так кажется, что они не перестанут угрожать, не перестанут докучать, обливать действительно горючей жидкостью дома.

И.И.: Люди же перестают платить, рост вот этих неплатежей увеличивается — это видно по цифрам.

А.М.: И, скорее всего, он будет и дальше расти.

И.И.: Денег у людей меньше — будут брать кредиты, будут не отдавать, а потом, когда входишь во вкус, и ты видишь, что можно не отдавать, так и будет продолжаться.

А.М.: Тогда ещё проще брать дальше.

С.К.: Нет. Есть такое предчувствие, что ряд этих организаций может скрываться под видом юридических компаний, которые оказывают обычные юридические услуги в рамках просто договора поручения, — это же не отменяется как профессиональная деятельность. Юристы-то никуда не уходят, также могут позвонить и сказать: «Слушайте, вы нашей организации должны деньги», они могут представляться как юристы, например, на аутсорсинге от имени другой организации. Нет, мы не коллекторы, мы юристы.

И.И.: Но это же можно прописать в законе всё равно. Ты этим юристам говоришь: «До свидания» просто и всё. Кто вы такие? Я с вами договор не заключал.

С.К.: Вот когда должник это скажет — это другой вопрос. Тогда, действительно, любое взаимоотношение с банком будет прекращено.

А.М.: Вы в это верите? Что даже если человек напишет бумажку, что не трогайте меня, не звоните мне, не пишите.

С.К.: Вопрос моей веры здесь, я думаю, не очень корректный, потому что мы живём в стране чудес.

А.М.: Вот в том-то и дело.

И.И.: Слушатель спрашивает: «Вы бесплатно, ваша Лига, должникам помогает?»

С.К.: Если бы бесплатно помогали, наверное бы, уже ноги протянули.

И.И.: Как коллекторы, за процент. Всё за ваши долги, борются все сейчас.

С.К.: У нас нет процентов, у нас есть оплата, но она нормальная, адекватная, и люди её спокойно тянут и проблем не испытывают.

А.М.: А сколько, кстати, примерно? Просто интересно. Порядок цифр, не точную, не обязательно?

С.К.: В среднем 3—5 тысяч, в зависимости от той услуги, которую нужно оказать. Если там 1,5–2–3 миллиона и человек говорит: решите мне всю проблему от начала звонков как бы, чтобы я до пристава дошёл, то такая услуга может максимум 30 тысяч стоить, причём без ограничения по объёму работы и на три года как минимум.

И.И.: За 30 тысяч адвоката можно нанять.

С.К.: Адвоката?

И.И.: До суда — нет?

А.М.: Да брось.

И.И.: Тогда можно сразу по 51-й себе бесплатно взять также.

А.М.: Пойди найди хорошего адвоката за 30 тысяч.

И.И.: Но по вашей логике, можно миллионы всем платить и брать кредит, и потом всем миллионы платить.

С.К.: Нет. Моя логика как раз не такая.

А.М.: Спрашивает слушатель наш Олег: «Срок давности задолженности перед коллекторами каков сейчас?»

С.К.: У нас есть универсальный срок давности, и если речь идёт именно о займах и кредитах, то три года.

А.М.: Всё, через три года списываются. Если ты не отдал, если с тебя не списали — ты свободен.

С.К.: Нет. Здесь очень важно понимать, что есть такое понятие, что с того момента три года, как лицо узнало или должно было узнать о нарушенном праве. Здесь очень важно правильно определить тот момент, с которого три года отсчитывается. Во-вторых, может получиться так, что банк обратится в суд, например, мировой — вы не получите ничего, соответственно, не оспорите, не заявите самостоятельно о пропуске срока давности кредиторам, и он вступит в законную силу и будет работать. Здесь очень много нюансов. Если просто сидеть и ждать, что пускай пройдёт три года, и наверное, потом всё будет хорошо, — это неправда.

А.М.: Три года могут растянуться.

И.И.: Несколько сообщений. «Банки берут кредиты за 8%, выдают за 28% — и ещё у них денег нет?», «Пусть банки в судах и у приставов мучаются, как и обычные люди. Что за особое положение?» Я о том, в принципе, и говорил: взаимоотношения начинаются с банком, значит, с банком они и должны заканчиваться. Банк пусть подаёт в суд и передаёт судебным приставам — никаких вопросов нет.

С.К.: Совершенно верно. А на это даже и наша помощь, в общем-то: мы тоже всё возвращаем обратно банку и с банком уже судимся.

И.И.: Да.

С.К.: То же самое всё делаем.

И.И.: Да. За 30 тысяч.

С.К.: Просто ускоряем эти процессы.

И.И.: «В нашем агентстве за угрозу увольняют. Никаких незаконных действий крупные федеральные агентства не используют. «Жестят» мелкие региональные. Мы сами страдаем от их действий».

С.К.: И это тоже правда. Я тоже об этом знаю.

А.М.: Они портят репутацию.

И.И.: А региональные — прям сетевые какие-то?

С.К.: Региональные — это то, что я говорю, уходят очень далеко. Те, которые снижают свои расходы под это качество обучения, то есть они не гнушаются никакими методами и действительно начинают заниматься такими… На самом деле это проблема не только коллекторов, это вообще проблема и антиколлекторов. В регионах очень много сейчас антиколлекторских организаций, после чего к нам, когда обращаются, лишний раз тоже задают вопрос: «А вы точно хорошие? — А почему? — Я в Татарстане был, там есть некая компания, деньги собрали как бы, банки не отвечают».

А.М.: Они ничего не помогли?

С.К.: И коллекторы страдают от своих же нерадивых собратьев, и у нас есть свои проблемы с этим также. Поэтому на рынке сегодня так: и те, вроде бы, деньги требуют, плохо себя ведут, и эти, вроде, обещают помочь — тоже непонятно кто, и ещё и кредитор тут со своими.

И.И.: «Банкам нужно сказать: денег нет, но вы держитесь».

А.М.: Деньги есть — теперь уже новая установка.

С.К.: В данном случае, наверное, даже понятно, кто должен сказать.

И.И.: Тот, кто берёт эти деньги. А сколько приставы будут взыскивать долг по времени?

С.К.: Пристав обязан в течение определённого времени определённые действия совершить, то есть это возбудить производство, осмотреть имущество.

И.И.: Но он эти бумаги напишет.

С.К.: Безусловно. Сделает запросы в банки, в Росимущество, проверит имущественное положение должника, и дальше, по практике, пристав просто ожидает.

«Могу сказать, что сегодняшняя практика такова: платишь какую-то денежку в месяц — пристав, в общем-то, тебя не трогает»
— Сергей Крылов

Почему — потому что объём дел большой, жаловаться на него бессмысленно: он с тебя что-то вроде бы взыскивает — вот так, потихонечку, ты и живёшь.

И.И.: Так ему можно и не платить — он так не придёт, зачем платить?

С.К.: Если не платить, может быть административное взыскание наложено. Вы же платите за телефон, за коммунальные.

И.И.: Вы видели, сколько дел у приставов, кроме кредитов банков? Он не коллектор – ему не холодно от этих банков.

С.К.: Мы знаем, как ещё и взыскивают на самом деле через приставов — эти истории никому не известны, но на самом деле, при желании взыскателя, должника можно очень здорово наказать и выплачивать он будет тоже немало.

И.И.: Мы сейчас смотрели вакансии судебных приставов, Анна не даст соврать: от 15 тысяч, максимум — 30.

А.М.: До 36. 36 – это самый максимум.

С.К.: А так и было всегда. Ничего не изменилось.

А.М.: Но они же завалены делами, когда им заниматься этим всем?

И.И.: Разводы, делёжка имущества, ЖКХ, электричество.

А.М.: Алименты.

И.И.: Налоги, алименты и банки тут ещё — всё за 15 тысяч.

С.К.: Алименты, ГИБДД, штрафы. Они сейчас разделены по разным отделам, во-первых. Во-вторых, если думать о том, что я не плачу деньги и пристав с меня ничего не взыскивает — не забывайте, у нас есть ещё 395-я статья — это за пользование чужими денежными средствами. Если сумма достаточно большая, то натекает и ещё большая сумма, и у неё свой срок давности.

И.И.: Да можно до бесконечности людей обкладывать.

А.М.: Человек однажды умрёт, так и не заплатив.

И.И.: Понимаете, давность говорит о том, что люди не платят просто, — вот в чём дело.

А.М.: Это показывают даже статистические данные.

И.И.: Вот нам говорят об увеличении долгов все: сбытовые компании, которые занимаются…

С.К.: Я с вами не соглашусь. Вы так утверждаете, всё замечательно, господа должники, успокойтесь. А что-то не успокоились.

И.И.: А все успокоились: всем плевать вообще.

С.К.: Никто не успокоился.

И.И.: А кого вы видите?

С.К.: Никому не плевать.

И.И.: Кого вы видите сейчас?

С.К.: Была бы у нас возможность раскрыть какую-нибудь официальную информацию о звонках, вы бы ужаснулись, что рассказывают люди, что происходит.

И.И.: Расскажите тогда.

А.М.: А что происходит, в двух словах?

С.К.: На самом деле, происходит очень жутко. Доходит до того, что мать ребёнка перед садиком встречают люди и заявляют: «Вы куда идёте?» Она говорит: «Я иду в садик». Они говорят: «А зачем? вашей дочери там уже нет». А вы говорите, «сидите спокойно». А мать сидеть спокойно не сможет.

И.И.: Нет. Когда начинают бомбы кидать в окна или то, о чём вы говорите, — это уголовщина просто.

С.К.: Или, когда человек просто заходит в подъезд, а там откровенные его фотографии. Очень много таких случаев.

И.И.: Мы возвращаемся к началу разговора. То есть эти коллекторские агентства будут стоять на учёте у пристава — этот беспредел, уголовщина уйдёт? Мы не говорим о том, что надо платить или не платить. Мы, как юные натуралисты, просто описываем реальность.

А.М.: А хотя бы порядок какой-то появится?

И.И.: Вот нам председатель Мосэнергосбыта говорил, что задолженность была на начало года и к концу года на 4 миллиарда она выросла. Прямо геометрическая шкала идёт по неуплате. Конечно, со всеми работают, ходят — всё понятно, но то ли денег у людей меньше, то ли люди видят, что можно не платить. Наблюдения говорят о том, что долги растут везде, повсеместно, а люди платить перестают.

А.М.: Господа, надо расходиться, к сожалению.

С.К.: Но сейчас есть объективность.

И.И.: Хотелось бы, чтобы было больше порядка.

С.К.: Сейчас был экономически сложный период, поэтому они автоматически должны были расти. В такой период всегда они растут. Это объективно уже.

А.М.: Спасибо, что пришли к нам.

И.И.: Хотелось бы, чтобы порядка больше было.

С.К.: Это безусловно.

И.И.: И не было этих случаев, о которых вы говорите, тем более с женщинами и детьми, — это вообще запредельно. Спасибо!

Полную версию программы «Домой» можно прослушать на сайте: Лайф

Вам понравилась публикация?
Мы будем рады если вы поделитесь ей с другими.

2015-2018 Лига защиты должников
© Все права защищены